Читать
Акафист
Архангелу
Михаилу
Акафист
Божией Матери
пред иконой
Ея Казанская
Акафист
Божией Матери
пред иконой
Ея
Неупиваемая
Чаша
Акафист
Божией Матери
пред иконой
Ея Тихвинская
Акафист за
единоумершего
Акафист
Святой Пасхе
Беседа
преподобного
Серафима
Саровского с
Н.
Мотовиловым о
стяжании
Святого Духа
Великопостная
молитва
святого
Ефрема Сирина
Деяния святых
апостолов
Житие
благоверного
князя
Александра (в
схиме
Алексия)
Невского
Житие
Преподобного
Серафима
Саровского
Жития
мучеников
Терентия
Помпия
(Публия)
Африкана
Максима
Зинона
Александра
Феодора и
иных
Канон
Ангелу-Хранителю
2
Канон
Богородице
Канон всем
святым
Каноны
бесплотным
силам
Крестобогородичный
Молитва и
тропари
преподобного
Серафима
Саровского
Молитвы ко
Господу
Иисусу Христу
Молитвы
святой
равноапостольной
княгине Ольге
Молитвы
тропари
кондаки
величания
святому
равноапостольному
великому
князю
Владимиру
Мытарства
преподобной
Феодоры
Неоязычники.
Ставим точки
над i
Основы
социальной
концепции
Русской
Православной
Церкви
Повседневное
исповедание
грехов
Последование
к причастию
Псалтирь
(каноническая)
Троицкий
цветник
Тропарь,
Кондак и
Величание
Пресвятой
Богородице в
день Ея
Рождества
Тропарь,
Кондак и
Величание
Пресвятой
Богородице в
день успения
Ея
Список книг для скачивания

Крестобогородичны

Крестобогородичны

СЛОВО ВЫСОКОПРЕОСВЯЩЕННЕЙШЕГО ИОАННА МИТРОПОЛИТА САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО И ЛАДОЖСКОГО

(В Великую субботу)

 

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!

 

 

Перед нами, возлюбленные братья и сестры, жи­лище в Назарете, где проживала Пречистая Дева Ма­рия. Перед нами стоит на коленях Та, Которая является Матерью Христа Бога нашего. Это Ей предстал некогда Ангел Господень и сказал: «Радуйся». И тогда Пречистая Дева радовалась, потому что удостоилась быть вместилищем Божества, послужить домо­строительству спасения человечества. Но вот прошло время, и Ее Сын возлюбленный был предан в руки богоубийц.
Теперь Она стоит у Креста Сына Своего и Бога. Те­перь уже не радостные гласы слышит Она от Архангела Гавриила. Нет. Она видит, как Ее Сын и Господь, пригвожденный ко Кресту, взывает к Богу Отцу: «Боже Мой! Боже Мой! Для чего Ты оставил Меня?» Видят Ее пречистые очи страшные страдания Сына Своего, видят, как Он жаждет, видят как испускает Свой дух, и душу Свою предает в руце Бога Отца. Зрит Она Своего Сына, пригвожденнаго ко Кресту, горько рыдает и рвет волосы Свои, ибо, как передает нам Священное Писание, оружие прошло Ее сердце.
И взывает Она к праведному Иосифу: «Иосифе, по­спеши, поспеши скорее к Пилату, чтобы он дозволил тебе взять пречистое тело, все израненное, окровавлен­ное, и предать его честному погребению». Внемлет гласу Богоматери Иосиф Аримафейский, спешит к Пилату и просит у него дозволения снять пречистое тело Божественного Учителя. Теперь пред Крестом предстоят трое - Божия Матерь, Иосиф и Никодим. Благоговейно снимают они пречистое тело Христово с Креста, а Божия Матерь смотрит в закрытые очи Богочеловека и рыдает: «Сыне Мой! Сыне Мой! Для чего Ты оставляешь теперь Меня, Матерь Свою? Ведь Ты недавно благовествовал Мне о том, что Ты есть Царь и Господь, что Ты разрушишь врата адовы, а те­перь Ты лежишь на коленях Моих бездыханный и безгласный. Где Твоя доброта, где Твоя слава, Сыне Мой? Не могу, не могу Я оставаться здесь на земле. Возми Меня с Собой!» И таинственный Божественный глас возвестил в Ее сердце: «Мати Моя, не плач, не рыдай, ибо надлежит Мне низойти во ад,  да изведу от­туда всех праведников. Я для того и пришел на землю, для того Кровь проливал, для того и язвлен был, чтобы исцелить человечество от проклятия греха и смерти».
Таково, возлюбленные братья и сестры, событие Ве­ликого Пятка. Таковы таинственные Божественные глаголы, которые услышала Богоматерь от Сына Своего и Господа. Пусть они коснутся и нас! Пред нами лежит святая Плащаница, и мы как бы вместе с Матерью Божией стоим у пречистого тела Христова, всего изъязвленного. Но эти язвы Господа - источники жизни. Припадем же к ним, поклонимся пречистому телу Хрис­тову, облобызаем Его пречистые язвы, чтобы и нам сподобиться вечной жизни во Христе Иисусе Господе нашем, которому со Отцем и Святым Духом подобает честь и слава во веки веков, Аминь.

 

ОТ СОСТАВИТЕЛЕЙ

Есть на земле неисчерпаемая сокровищница духа, откуда каждый желающий может невозбранно черпать неис­числимые богатства истины, ведения и разумения, если только ум такого человека не ослеплен похотью плоти, похотью очес и гордостью житейской. Сокровищница эта ­ наши богослужебные книги.
Среди множества песнопений, подобных неким драгоценным камням, на их страницах алыми рубинами рас­сыпаны тропари, называемые «Крестобогородичными». В них Святая Церковь созерцает исполнение пророчества реченного праведным Симеоном Богоприимцем над святой Девой Богородицей, когда Она по предписанному закону Господню принесла Своего Младенца в Иерусалимский храм, чтобы представить Его пред Господа. Се лежит Сей на падение и на восстание многих в Израиле и в предмет пререканий, - и Тебе Самой оружие пройдет душу, - да откроются помышления многих сердец. Вопли этой раненой души и отображают Крестобогородичны.
С самых древних времен сердца христиан сострадали сердцу Богоматери, что не могло не отразиться в Богослужебной гимнографии. Святой преподобный Роман Сладкопевец, получивший благодать к творению песнопений от самой Владычицы, написал восемнадцать икосов «Плача Пресвятой Богородицы». Правда, только один из них вошел в современные Богослужебные сборники, но именно они стали эталоном для последующих поколений гимнографоф. В VIII-­IX веках старанием великих святых мужей: Иоанна Дамаскина, Космы Маюмского, Феодора Студита, Иосифа Песнописца, Феодора и Феофана Начертанных и других, составленны Боговдохновенные песнопения, которые мы и теперь воспеваем в Храмах Господу, Божией Матери, Небесным Силам и Святым угодникам. Из их творений и собрано настоящее издание. Необходимо заметить, что впоследствии, когда составлялась служба новопрославлен­ному святому, иногда для нее писался новый Крестобогоро­дичен. Например, Святой Патриарх-Мученик Тихон, написал чудный Крестобогородичный тропарь к службе иконе Божией Матери «Державная».
Всего в наших Богослужебных книгах находится более двухсот пятидесяти образцов тропарей с этим названием. Преимущественно в Октоихе, где они обычно помещены в среду и пяток. Много Крестобогородичных в Триоди Постной, в книгах Минейного круга их немного: в службах далеко не всем Святым. Кроме того, Крестобогородичны не поются во время предпразднств и попразднств Двунадесятых и Великих праздников.
При составлении данного издания оказалось, что по своему содержанию Крестобогородичны можно расположить в повествовательном порядке. Так, что читая их можно, как ­бы вместе с теми, кто не оставил Господа во время Его страданий, сшествовать Ему в скорбном Голгофском пути, видеть Его вознесение на Крест, самые страдания, смерть, снятие со Креста, положение во Гроб. И все это глазами безмерно скорбящей, вопиющей, стенящей о Своем великом горе Божией Матери.
Кроме повествовотельного свойства Крестобогородичные тропари являют в себе и высочайшие богословско­-догматические истины. То, что мы веруем в Святую Троицу, что Бог Сын воплотился ради нас от Святой Девы Марии, восшел на Крест, принеся Себя в жертву Отцу, и что веруя в это мы, грешные люди, обретаем спасение и жизнь вечную в Царствии Небесном.

Так же в Крестобогородичных присутствует и духовно­-нравственное начало, они возбуждают в нас покаянное, скорбно-умилительное чувство сострадания, благодатно действующее на душу. И прежде всего, Крестобогородичны­ - это молитва к Иисусу Христу, Его Пречистой Матери, Честному Кресту, спасающая нас и всыновляющая Сыну Божию.

 

 

 

КРЕСТОБОГОРОДИЧНЫ

 

Днесь Владыка твари и Господь славы, на кресте пригвождается и в ребра прободается, желчи и оцта вкушает, сладость Церковная;  венцем от терния облагается, покрываяй небо облаки; одеждею облачится поругания, и заушается бренною рукою, рукою создавый человека; по плещема биен бывает, одеваяй небо облаки; заплевания и раны приемлет, поношения и заушения; и вся терпит мене ради осужденнаго, Избавитель мой и Бог, да спасет мир от прелести, яко Благоутробен.
Агнца Своего Агница иногда к заколению тщашеся, усердно последоваше, сия вопиющи Ему: камо грядеши, Чадо Мое Сладчайшее, Христе? чесо ради течением сим течеши долготерпеливе без лености, Иисусе превозжеленне? Безгрешный и Многомилостивый Господи, даждь Ми слово рабе Твоей, Сыне Мой вселюбезный, не презри Мя, Щедре, молча, странно рождшую Тя, Боже живодавче, даруяй мирови велию милость.
Своего Агнца Агница зрящи к заколению влекома, последоваше Мария простертыми власы со инеми женами, сия вопиющи: камо идеши Чадо? еда другий брак паки есть в Кане галилейстей, и тамо ныне тщишися, да от воды им вино сотвориши? иду ли с Тобою Чадо, ил паче пожду Тебе? даждь Ми слово Слове, не молча мимоиди Мене, чисту соблюдый Мя: Ты бо еси Сын и Бог Мой.
Агнца Тя, егда Агница и Девая к заколению влекома узре, со слезами Слове, последоваше и взываше: где тщишися Чадо Мое? Сшествую Тебе Сладчайший, не терплю бо не зрети Тебе, Иисусе Мой Многомилостиве.
Вышний безначальне Сыне, терпиши оплевания, поношения и Крест, тростию ругательно бием, Богородица вопияше: славлю Твое долготерпение: Егоже отроцы благословят, священницы воспевают, людие превозносят во вся веки.
Егда Нескверная Агница виде Своего Агнца, на заколение, яко человека волею влекома, плачущи глаголаше: безчадствовати Мя ныне тщишися Христе, рождшую Тя; что сие сотворил еси, Избавителю всяческих? Обаче воспеваю и славлю Твою, юже паче ума и слова, крайнюю благость, Человеколюбче.
Волею закланного Агнца на Страсть пришедша, зрящи Мати и Агница, слез источники проливаеши, глаголющи: что сие Чадо священное, како умерщвляешися, оживити вси умершая промышляя?
При Страсти Сына Чистая стояши, рыдающи горько восклицаше песньми: како Тя немолчно Ангельскими песньми славословимого, дети еврейстии, увы Мне, Пилатову судищу, Сыне представиша? Песнословлю Твое, Слове, многое и неизреченное благоутробие.
Чистая Дева и славная, Ангелов славо, егда предстала еси Кресту Сына и Бога Твоего, не терпящи озлобленя враг, взывала еси рыдающи стенаньми, едина Благословенная: како терпит Человеколюбец, сих всех наносимая?
Тя предстательницу, Чистая, и спасения имущи, Креста Святаго Древу, Честная, поклонися.
Дево, из Тебе воплощшагося, яко видела еси возвышаема на Крест посреде двою разбойнику, плач восприемши вопияше: увы Мне, Чадо Сладчайшее, како волею распят бысть, иже грехи вземляй мира яко Благоутробен? человеческим хотя, яко Бог песнем хваления приносимым быти Тебе.
Носиши носящего вся, и держиши яко младенца в руках, из руки Избавляющаго нас борителя врага, Пречистая Владычице, и видеши на Крест Древа возвышаема, от рова злобы нас возвысившаго.
Егда из чрева Твоего рожденнаго Господа, усмотревши на Древо без правды возвышаема, Дево, прослезилася еси, и Того воспела еси неизреченное воистину схождение.
Зрящи Тя Пречистая, на Древе пригвождаема вопияше: о Сыне Мой и Боже, что преславное Твое и слышание странное, еже претерпеваеши за многую милость?
Гвоздьми Тя законнопреступных собор пригвозди на Кресте, и печали ныне оружием Мое сердце растерзало, о Сыне Мой! Дева вопияше слезящи.
Многопетая Агница, Агнца зрящи воздвизаема на Древо неправедне, плачущи восклицаше, матерски слезящи; и долготерпение пояше, Того славящи.
Жезл честный, яже прозябший Цвет Неувядающий, яко узре на Древо возносима Того, вопияше: Владыко, не безчадну яви Мя.
Воздвизаема на Древо Жизнодавца видящи, и волею умирающа, всем жизнь Подающаго, боляше утробою Всенепорочная.
Непорочная Агница, видящи Тя, Владыко, воздвижена на Кресте, плачевно рыдающи, пояше державу Твою.
Ныне, яко Агнца незлобиваго зрю Тя висяща, и от беззаконных Кресту пригвождаема, Сыне Мой Пребезначальный, рыданьями терзаюся, и матерскими одержима есть болезньми, Всечистая вопияше: Юже гласы немолчными поим по долгу во вся веки.
Кто даст Ми воду и слез источники, Богоневестная Дево взываше, да восплачу Сладкаго Ми Иисуса.
На Кресте Тя возвышена яко узре Пречистая Мати Твоя, Слове Божий, матерски рыдающи вещаше: что новое и странное чудо, Сыне Мой? како Жизнь всех вкушаеши смерти, оживити мертвые хотя, яко Милосерд?
Агнца Агница яко виде на Древе простерта волею Крестнем, вопияше матерски болезнующи с плачем: Сыне Мой, что странное сие видение? всем живот даяй яко Господь, како умерщвляешися, Долготерпеливе, земным подая воскресение? Славлю Твое многое, Боже Мой, снизхождение.
Агнца Своего, Агница Нескверная древле и Непорочная Владычица, на Древе Крестнем яко узре, матерски восклицаше, и дивящися вопияше: Чадо Сладчайшее, что зрение сие новое и преславное? како сонм безблагодатный судищу Пилатову предаде Тя, и осуждает на смерть Живота всяческих? но воспеваю Твое неизреченное, Слове, снизхождение.
Ставше у Креста, Иисусе, Тебе рождшая плачущися рыдаше, вопиющи: не терплю сия пригвождена зрящи Тя на Древе, Егоже породих Аз, и избегох болезни яко Безмужна, и како ныне болезнию содержима есмь, и уязвляюся сердцем? Ныне бо исполнися глагол, иже рече Симеон: сердце Твое, Непорочная, оружие пройдет. Но ныне, о Сыне Мой, воскресни и спаси поющия Тя.
Увы Мне, Чадо, что буду? како зрю Тя на Древо воздвижена,  и без правды умерщвляема живот подающаго? Дева плачущи глаголаше.
Пречистая, яко узре Тя плотию висяща на Кресте и, сердцем растерзающися, вопияше, слезящи: Слове, камо зайде, прелюбимый Иисусе, Сыне Мой? Господи, не остави Мене едину, рождшую Тебе.
Киима очима воззрю, Око изсушающее вся бездны, Сыне Мой, угашаемое на Кресте висящу Ти? Чистая Дево вопияше, рыданьми Себе смущающи.
Безневестная Мати Твоя, Христе, яко узре на Кресте Тя возвышаема, рыдающи матерски таковая вещаше: что новое и страшное сие чудо, Сыне Мой? како беззаконный сонм ко Кресту Тя пригвождает всех Жизнодавца, Свете Мой Сладчайший?
Вознесена на Кресте за человеки, видящи Твоего Сына Дево, вопияше рыдающи: слава благоутробию Твоему!
Егда Тя на Кресте пригвождена Дева и Мати Твоя узре, Христе мой, судом законнопреступным, от иудей на месте лобнем: увы Мне, вопияше, Сыне мой любезнейший! Что странное видение се? како Тя ко Кресту пригвождают дети неразумные еврейския, всех Господа?
Возвышена на Древе яко узре родившая Тя болезней кроме, рыдаше с плачем и взываше: увы Мне, Сладчайший Сыне, уязвляюся душею, на Кресте зрящи Тя пригвождена, посреде двою злодею, якоже злодея пригвождена.
Тя видящи пригвождаема на Кресте, Иисусе, и Страсти приемлюща волею, Дева и Мати Твоя, Владыко, увы Мне, вопияше, Чадо Сладкое, раны неправедно како терпиши, Врачу, исцеливый человеческое неможение, и от тли всех избавивый милосердием Твоим?
Видяща Тя распинаема, Христе, Тебе рождшая вопияше: что странное еже вижу таинство, Сыне Мой? како на древе умираеши, плотию повешен, жизни Подателю?
Отчее Сияние, како воздвижеся на Крест, просвещая всяческая и низлагая тьмы начальника Пречистая Владычица матерски плачущи вещаше.
Стояла еси у Креста смотряющи Отроковице, пригвождена Христа, Егоже родила еси Владычице.  Темже вопияше: не безчадну Мя яви Безначальне, Безначальнаго Отца Сыне и Слове.
Своего си Юнца Непорочная Юница видевши на Древо воздвижена, вопияше со восклицанием: Чадо, како Тя законнопрестпных сонм отнюдь не ущедри, ущедрившаго их? но усмотрением льстивным смерти предати неправедно произволи.
И Твое сердце, Нетленная, оружие пройдет, Симеон Богородице возгласи, на Кресте зрящи Твоего Сына, Емуже вопием: благословен Бог отец наших.
Мне, Чадо Сладчайшее! что сия страждеши неправедно, Слове Божий? да спасеши человечество.
Якоже Агнца зрящи ни Кресте Христа воздвижена, и взирающи Агница восклицающи вопияше: где твоя зайде доброта, Долготерпеливе Сыне Пребезначальне?
Заколение Твое неправедное, Христе, Дева зрящи, плачущи вопияше Ти: Чадо Сладчайшее, како без правды страждеши? и како на Древе висиши, иже всю землю повесивый на водах? Не остави Мене едину, Благодетелю Многомилостиве, Матерь и рабу Твою молюся.
Неправедне зрящи заколение Тя, Христе, рождшая рыдающи вопияше Ти: Правосуде Сыне, како неправедно осудился еси, хотя оправдати преступлением осужденная древле, и к тлению поползшиеся?
Распинаема из Тебе рождшагося зрящи, слезяще, утробою смущающися, Мати Чистая: како сия волею страждеши Сыне, зовущи, хотя человечество от страстей избавити?
Утробою матерски растерзаема, и слезами многими испол­няема, яже чисто рождшая Тя зрящи на Кресте, стенаньми неутешными взываше: болезни избегши и в рождестве Твоем, Сыне Мой, болезнию ныне одержима есмь, видящи зрак Твой безчестен.
Иже безсеменное рождение познавшая, Тя Человеколюбче на Древе Крестнем повешена яко виде, вопияше: Сыне и Боже Мой Всесильне, человеки спасти хотяй, како приял еси ныне распятие.
Угль, Егоже провиде прежде славный Исаия, воплощается от Неискусомужныя Матере, манием прозябшаго и Родителя, и рождся закалается волею, мира вземляй прегрешения, Агнец яко Непорочен. Темже Агница и Дева Сего на Кресте зрящи, печали оружием снедашеся.
Болезненне стенюще, Матерски восклицаше, и утробнаго смущения не терпящи на Кресте, взираше к рождшемуся из Твоего чрева, вопиющи: что зрение сие Чадо, како страждеши, иже естеством Безстрастный, всяко хотя род челове­ческий от страстей свободити?
Распинаешися хотяй Безначальне Сыне, Богородица взываше зрящи Тя: печалию души ныне погружаюся, умираеши подаяй жизнь поющим: Избавителю Боже, Благословен еси.
Агница Твоя, Владыко, предстоящи у Креста, и рыдающи Тебе, Творца всяческих, зряше Твое долготерпение: волею бо родился еси плотию, и Страсти вся в ней претерпел еси, да спасеши мир.
Господа Тя живота породих, и красна добротою паче сынов человеческих, Дево взываше: и како ныне умираеши Сыне, доброты не имея в распятии, удобривый вся мановением?
Увы, Симеоново совершися пророчество, Твой меч пройде сердце Мое, Еммануиле.
Оружие сердце Твое пройде Пречистая, егда Сына Твоего на Кресте видела еси, и вопияла еси: не безчадну Мя покажи Сыне Мой и Боже Мой, соблюдый Мя по рождестве Деву.
Весь восприим мой зрак, Создатель и Бог облечеся, вообразити иже прежде падший зрак Адамов восхотевый, на Крест вознесеся волею яко повинен: и руце распростер ныне, исцеляя руце яже древле ослабленные к древу снедному. Егоже Всечистая видящи восклицаше: что сие Твое, Сыне Мой, неизреченное долготерпение? Не терплю на Кресте воздвижена зрящи Тя, горстию содержаща вся земли концы.
Плотию, Егоже родила еси Сына, Богорадованная, яко виде на Древе возвышена, плачем исполнися, и долготерпению его дивляшеся воистину: Темже величаше его снизхождение.
У Креста яко стояше Агница Твоя Иисусе, Пастыря и Владыку Своего зрящи, горько рыдаше и утробу движущи о Тебе, Христе, взываше: что странное видение? Жизне, како умираеши?
На Древе Крестнем зрящи Сына, разливашеся утробою, и со слезами взываше Пренепорочная: ужасаюся Твоего долготерпения Сыне Мой, новое видящи чудо: како Безгрешен сый, неправедную терпиши смерть?
Вкусив Адам от древа снеди неподоблющия, смерть от древа горько обра, на Древе пригвоздися Сын Твой, Пречистая, сладость безсмертия источи. Сего ради Тя почитаем.
Увы Мне, о Сыне, Неискусомужняя рыдаше глаголющи: Егоже яко Царя надеяхся, осуждена зрю ныне на Кресте.
Непорочнаго Пастыря Тя зрящи Агница на Древо воздвижена, рыдающи матерски вопияше: Сыне, на смерть Тя осудиша неблагодарнии людие, за еже облак простерл еси в прехождение их: увы Мне, безчадствуюся безмужняя! Но восстани и возсияй Солнце, и прославлюся во сынех земнородных
Како Тя, Иисусе, еврейское множество беззаконное на Кресте распяти осуди, не ущедрив Тебе Щедраго: Дева плачущи вещаше иногда, егда узре на Кресте воздвижена, Егоже из утробы нестрастно породи. Что Ти содея беззаконное соборище, Чадо Мое вожделенное, Сыне Мой Превозлюбленнейший? Потщийся и спаси, верою Твое славящих распятие, и Мене, якоже обещал еси величающих, яко един Всепреблагий.
Внегда Тя рождах, болезни никакоже имех: и како ныне болезни подъемлю, Тебе Слове неправедно распинаему? вопияше горько Дева слезящи. Увы Мне! не терплю видети на Крест воздвижена Тя, Человеколюбче.
Како не восплачуся, Сладчайшее Чадо, на Кресте зрящи Тя? како не возрыдаю неправедно Тебе страждуща, Судие Праведнейший? Дева Мати вещаше.
Не имуща вида, ниже доброты, зрящи Тебе, Христе, плотию повешена на Древе Крестнем Всечистая Дева, взываше болезненне: увы Мне, како Тя, Чадо, беззаконнии уязвиша?
Избавление нас ради, и цену великую, пречистую Кровь Твою изволил еси дати, Безгрешне Христе Мой, всем хотя спасение получити. Темже Тя зрящи пригвождена Мати Твоя, рыдающи власы терзаше Своя, глаголющи: Чадо, Агнче Всенепорочный, мир хотя избавити честною Твоею Кровию, от очию Моею како зашел еси, Спасе, незаходимое Солнце, иже всем подаяй просвещение и мир, и велию милость.
Всесвятая, Пресвятое Слово, еже от Нея возсиявшее, на Святем Кресте воздвижено, и освящающо земныя, зрящи рыдаше.
Воздвижена зрящи на Кресте Христа Неискусобрачная, плачущи глаголала еси: зашел еси славы Солнце от очию Моею, просвешаяй во тьме сущия.
Зачатие Твое безсеменное, и рождество неизреченное помышляющи, удивляюся зело, како сице яко злодей, благоволил еси умрети, Сыне, Пречистая плачущи взываше.
Грозд зрелый, како на Древе обесился еси? Солнце Славы, како взялся еси, сияние солнца омрачая, Спасе, Страстию Твоею? Рождшая Тя Агница древле вопияше Ти, матерски восклицающи.
На Кресте зрящи Тя, Христе, Мати Твоя, волею посреде разбойнику висяща, растерзающися утробою матерски глаголаше: Безгрешный Сыне, како неправедно на Кресте, якоже злодей пригвожден еси? иже человеческий род хотя оживити, яко Благоутробен?
Что зримое сие, еже ныне вижду, Владыко? иже горстию всю тварь пречудне содержай, на Древе якоже Агнец неправедне висиши, Слове Божий от раб непокоривых повешен? Оле терпения! Оле Твоея благости, Всещедре! слезящи глаголаше Пренепорочная.
Едина Непорочная Агница, Богородице Дево, от кровей Твоих чистых Воплощшагося зрящи висяща волею на Кресте, взывала еси Отроковице со слезами горькими: Сыне Мой Незлобивый, пою Твое страшное всесмотрение.
Болезни претерпевши в распятии Сына и Бога Твоего Пречистая, стеняше слезящи и восклицающи: увы Мне, Чадо Сладкое, без правды како страждеши, хотя избавити яже от Адама земнородныя? Темже Пречистая Дево, Тебе молим верою: милостива нам Того соделай.
При Кресте стоящи и видящи Своего Сына, плотию висима Пренепорочная, распаляше печалию утробу Свою, и слезами обливающи взываше: Чадо, воистину неизглаголанно на вся человеки Твое благоутробие.
На Древе Крестнем Тя, Иисусе, воздвижена зрящи Неискусобрачная, плакаше и глаголаше: Чадо Сладкое, вскую оставил еси Мене едину рождшую Тя, Свете неприступный Пребезначального Отца, потщися и прослави, яко да славу получат Божественную, иже Божественныя Страсти Твоя славящии.
Человеколюбца Слова неизреченно породшая, Егоже зрящи Отроковица от человек волею страждуща. Что сие? вопияше, Бог безстрастен Страсть приемлет: яко да от страстей избавит верою покланяющихся Ему.
Умерщвляема видящи Христа Пречистая Владычица, умерщвляюща льстиваго, восклицаше горце взывающи, из утробы Тоя произшедшему, и долготерпению его чудящися взываше: Чадо Мое Любезнейшее, не забуди рабу Твою, не закосни Человеколюбче, Мое утешение.
На Древе видящи воздвижена Сына Твоего Пречистая, утробою матернею растерзаема, жалостно взываше: увы Мне, како зайде, Свете Мой Безлетный?
Меч пройде, о Сыне, Дева глаголаше, на Древе яко узре Христа висяща, Мое сердце, и терзает, Владыко, якоже древле Симеон Мне предрече: но востани, и спрослави, Безсмертне, Матерь и руку Твою молюся.
Не рыдай Мене Мати, зрящи на Древе повешена Твоего Сына и Бога, на водах повесившаго землю неодержимо, и всю тварь создавшаго: ибо воскресну и прославлюся, и адова царствия сокрушу крепостию, и погублю того силу, и связанныя избавлю от злодейства его, яко Благоутробен, и Отцу Моему приведу, яко Человеколюбец.
Яже угль Божественный приемши, якоже клеща, не опаляющь отнюдь, орошающь же паче, Мати Дево, безсеменную и божественную утробу Твою: Егоже видящи Плотию повешена волею на Древе, песньми славляше.
Нас ради Распятаго, приидите вси воспоим, Того бо виде Мария на Древе и глаголаша: аще и распятие терпиши, Ты еси Сын и Бог Мой.
Агнца и Пастыря и Избавителя Агница зрящи на Кресте, восклицаше плачущи и горько рыдающи вопияше: мир убо радуется, приемля Тобою избавление, утроба же Моя горит, зрящи Твое распятие, еже терпиши за милосердие милости. Долготерпеливе Господи, милости бездно и источниче неисчерпаемый, умилосердися и даруй согрешений оставление верою поющим Божественныя Страсти Твоя.
Распинаема зрящи Господа Непорочная  Богородице, глаголаше: увы Мне Сыне Мой, како умираеши, Животе и Надежда верных?
Истлевшее обновила естество праотчее, паче естества рождши и девствующи, естеству всему Создателя, Егоже на Кресте повешена древле видящи, восклицала еси Пречистая Мати Дево.
Страшно рождество претерпех, Владыко, внегда странно Тебе родих, Долготерпеливе, Егоже твари распинаема на Древе волею зрящи устрашися, древле Непорочная плакаше вопиющи матерски, Юже величаем.
Зрящи древле Агнца и Сына Своего, Дева Мати Всеблаженная Отроковица, на Кресте возвышена, вопияше слезящи: увы Мне Сыне Мой, како умираеши , Бог естеством сый Безсмертен?
Яко виде Тя, Господи, Дева и Мати Твоя на Кресте повешена дивляшеся, и взирающи глаголаше: что Ти воздаша, иже многих Твоих даров насладшиеся, Владыко? Но молюся не остави Мя едину в мире, но потщися воскреснути, совозставляя праотца.
Явилася еси Чистая, по рождестве нетленна, Бог бо из Тебе родися воплощаем: Егоже усмотривши распинаема, не терпящи, утробною болезнию восклицала еси.
Егда Тя, Чадо, неизреченно родих, болезней избегох, и како ныне вся болезней исполняюся? вижду бо Тя висима яко злодея на Древе, землю неодержимо повесившаго, глаголаше Всечистая плачущи
Яже небес Превысшая, воздвижена на Древо, и низлагающаго воздвижения вражия, зрящи Единаго Вышняго, воспеваше Того велегласно.
Безначальне Слове Отчий и Сыне Мой, и Святому Духу сопрестольный, како Свои пречистии длани на Кресте простерл еси? что ныне толикая Твоя нищета, Преблагий? предстоящи Твоему Распятию вопияше Всенепорочная.
Агнца и Пастыря Тя, яко виде на Древе Агница рождшая, рыдаше матерски Тебе вещаше: Сыне Любезнейший, како на Древе Крестнем повешен еси, Доготерпеливе? како руце и нозе Твои, Слове, пригвоздишася от беззаконных? и Кровь Твою излиял еси, Владыко.
Нескверная Агница Слова, Нетленная Дева Мати, на Кресте зрящи повешена из Нея без болезни прозябшаго, матерски подобно рыдающи вопияше: увы Мне Чадо Мое, како страждеши волею, хотя избавити от страстей безчестия человека?
О Чадо Неизреченное Отца Пребезначальна, глаголаше Пречистая, на Кресте взирающи Мое рождение, како не уразумею, за кая Тебе сия воздаша безблагодатнии людие? но во еже пришел еси спасти Твое создание, вся терпиши долготерпеливне, Благоутробне.
Досады претерпевшаго многи, и на Крест возвышеннаго всяческих Творца видевши, Всечистая стеняше глаголющи: Препетый Господи, Сыне и Боже Мой, како почести хотя создание Твое, Владыко, терпиши плотию безчестие? Слава многому благоутробию и сошествию Твоему, Человеколюбче.
Кресту Господню предстоящи, рыдающи вопияше Богородица: увы Мне, о Чадо Мое! увы Мне, Свете очию Моею! Како простерлся еси на Кресте, прострый Божественне небо яко кожу, и от моря возведый источники вод Твоим повелением?
На Кресте повешена зрящи Чистая Тебе рождшая, Господи, и близ бывши, плачущи глаголаше: Чадо, что сия страждеши плотию, и тщишися безчадствовати Мя? Потщися прославитися, яко да возвеличуся Страстию Твоею.
Пастыря перваго и Владыку, воздвижена на Древе зрящи Агница, плачущи матерски вопияше: что сие, Чадо, новое таинство? како Безсмертен по существу сый, смерть приял еси, человеки хотя из тли избавити?
О преславнаго чудесе! О таинства новаго! О ужаснаго начинания! Дева глаголаше, на Кресте Тя яко виде, посреде двою разбойнику обешена, Егоже неболезненно ужасно породи, плакаше глаголющи: увы Мне, Чадо Любезнейшее, како Тя лютый народ и неблагодарный ко Кресту пригвозди?
Предобрая и Дево Владычице, Егоже родила еси Сына, зрящи на Древе воздвижене волею, плачущи восклицале еси, вопиющи болезненно: Боже всех Благоутробне, Господь Сый славы, како сия страждеши, Владыко?
На Древе видящи висима, Христе, Тебе всех Зиждителя и Бога, безсеменно рождшая Тя вопияше горько: Сыне Мой, где доброта зайде зрака Твоего? Не терплю зрети Тя неправедно распинаема, потщися убо, востани, яко да вижу и Аз Твое из мертвых воскресение.
Юница Нескверная, Юнца видящи на Древе воздвижена волею, рыдающи умильно вопияше: увы Мне, Возлюбленнейшее Чадо, что Ти сонм воздаде безблагодатный еврейский, хотя Мя безчадствовати от Тебе, Вселюбимый?
Зрящи Тя воздвижена на Кресте Всечистая, восклицаше уязвляема утробою, и глаголаше: за милосердие, Господи, Твоих щедрот, страдати претерпел еси, всем подая безстрастие.
Славословиши из Тебе воплощшагося, и плачеши на Кресте воздвиженнаго, Того смотряющи Дево Мати Всенепорочная.
Иже Сый неизменен Божеством, изменил еси повешен на Кресте тварь всю, Дева глаголаше Сыну, и зрящи сия плакаше, дивящися многому Твоему долготерпению.
Да Тя преогорчеваяй безумный собор, якоже возмняше от земли взяти Тя, безчадна бых и смущаюся, и матерски сердцем болезную, Неискусомужняя вопияше иногда, на Кресте видящи Тя воздвижена. С Нею же тварь славит Тя, всех Избавителя Иисусе, во веки.
У Креста Твоего предстоящи, Слове Божий, Агница и Непорочная Мати Твоя, рыдающи вопияше: увы Мне Сыне, како умираеши на Кресте? увы Мне, Свете Мой Сладкий, где Твоея доброты ныне зайде зрак? Краснейший паче всех человек.
Яже Безлетняго в лето порождши, и девство непорочно Едина стязавши, на Древо воздвижена яко видевши Господа, болезньми душу Свою разделяше.
Егда встала еси со возлюбленным учеником у Креста Сына Твоего, Всенепорочная, стенала еси плачущи, и дивилася еси Того же к человеком многому состраданию.
Егда Слово, Еже из Тебе воплотившееся неизреченно, Богородице, на Древо вознесеся Креста, девственнику ученику, яко Деву Отроковицу, Тебе вручи.
 Безневестная и Всечистая Бога Слова Мати, вопияше кричащи, плачем рыдающи: сицевая ли Ми Гавриил радости приносяше Благовещения, Чадо? отъиди исполнити неизреченный Совет и Божественное смотрение.
При Кресте Сына Твоего и Бога стоящи, Всечистая, со учеником девственником: се, глаголет, сын Твой, - услыша Создавшаго; ученику же: се, глаголет, Мати твоя. С нимже Тя вси поем, Богородительнице Дево.
Предстоящи у Креста иногда во время распятия Дева, с девственным учеником, и плачущи вопияше: увы Мне, како страждеши Христе, всех Сый Безстрастие?
Да человеческое обновлю сокрушенное естество, уязвлен есмь смертию хотя Плотию, Мати Моя, не терзайся рыданьми.
Днесь зрящи Тя Непорочная Дева на Кресте, Слове, возвышаема, рыдающи матернею утробою, уязвляшеся сердцем горце, и стенящи болезненно из глубины души, лице со власы терзающи, темже и перси биющи, взываше жалостно: увы Мне, Божественное Чадо, увы Мне, Свете мира. Что зашел от очию Моею, Агнче Божий? Темже воинства Безплотных трепетом содержими бяху, глаголюще, Непостижиме Господи, слава Тебе.
Гвоздьми Тя Кресту пригвождена, Мати Твоя, Слове, зрящи, гвоздьми печали горькия пронзает и стрелами душу.
Зайде светилов заря, умным Светом победшися, обнажимся на Кресте: побеждается убо худшее большим, и лучшему меньшее дает место. Како убо не подобаше светящу Христу, скрытися заре чувственней, достойным глаголаше Тя зрящи Пречистая, светилом Света?
Светил доброта течения обычнаго уступи, егда Тя видеша, Солнца Правды, вознесена на Крест хотением; Дева же со учеником девственным восклицаше с плачем: увы Мне, вопиющи, что сие странное зрение?
Солнце омрачися на Кресте Тя пригвождена, Светодавче, зрящи, и земля страхом колебашеся; люди иудейстии никакоже ущедриша беззаконнии.
Господи, егда Тя Солнца Праведнаго солнце виде на Древе повешена лучи скры, и луна свет во тьму преложи, Всенепорочная же Твоя Мати утробою уязвляшеся.
Яко виде Тя распинаема на лобнем, Спасе, изменяшеся вся тварь, и содрагашеся движущися не терпящи. Дева же Чистая и Мати Твоя, рыдающи Тебе вопияше: увы Мне, о Чадо Мое, Спасе Мой Сладчайший, что новое сие и преславное, и странное видение?
Кресту пригвождена виде, слове Божий, безсеменно Тебе рождшая, взываше вопиющи: увы Мне, Чадо Сладчайшее, кое Твое смирение, Боже Мой? како Безстрастный страсть терпиши неправедным судом? Песнословлю Твое страшное крайнее снизхождение.
Что чудное и изящное? Дева вопияше матерски: болезни иже не имех внегда родити Тя, Сыне, острии касаются сердца моего. Не терплю на Кресте пригвождена Тя зрящи, Свете очию Моею, потщися убо востани, яко да прославлю с миром ужасное смотрение Твое.
Егда зрящи Тя Господи, Дева, распинаема, плачущи Ти: воспеваю Твое неизреченное, о Сыне Мой, долготерпение, и еже к человеком крайнее и Божественное сошествие.
Агнца древле Агница зрящи на Кресте пригвождена и омрачаему солнечному сиянию, плачущи глаголаше: Солнце Славы Иисусе, зашел еси умерщвляем, но возсияй востания свет любящим Тя.
На Древе Живот наш зрящи Всенепорочная Богородице висящь, матерски рыдающи вопияше: Сыне Мой и Боже Мой, спаси любовию поющия Тя.
Из девственныя, Чадо, утробы Тя родих, и зрящи на Древе Тя висима недоумеваюся, и не поемлю высоты таинства, и глубины высоких судеб Твоих, Всечистая вопияше.  Юже гласы немолчными, яко Матерь Божию ублажаем.
Яко виде на Кресте, Тебе Агнца висяща, Христе, посреде злодеев, вопияше слезящи и горце рыдающи: Чадо Любезнейшее, что зримое чудо? Мати Пречистая, Живот всемирный, сие предрекла еси, познается.
Вознесена Тя видящи, ни доброты в Страсти, ни вида имуща, Егоже воплощенна разумех, краснейша паче сынов человеческих, Тя Единородный Сыне, Всечистая вопияше Дева: покажи Твою славу, всех Спасение.
Избегши болезней матерских во время рождения, Долготерпеливе, егда же Ти ныне Страсти вольней причастившуся и болезни приимшу, поболех утробою, и душею болезни исполнихся, Пречистая вопияше, Юже достойно величаем.
Умерщвление зрящи от Твоих кровей Слова воплощшагося, Всенепорочная, матерски восклицала еси, и жизни суща Виновнаго возвеличила еси, Мати Дево Владычице.
Воздвижена яко виде на Кресте Агнца, Непорочная Дева плачущи вопияше: Сладкое Мое Чадо, что новое и преславное видение? како содержаяй всяческая горстию, на Древе пригвождаешися плотию?
Грозд всезрелый, Чистая, Егоже невозделанно во утробе носила еси, на Древе яко узрела еси Сего повешена, рыдающи восклицала еси и взывала: Чадо, сладость искапай, еюже отъимется пиянство всякое страстей, Благодетелю, Мене ради Тебе рождшия, Своим Благоутробием умоляем.
На Кресте вознесена Сына Своего зрящи Пречистая, восклицаше, и в болезни сердца возглашаше вопиющи: Сыне, что Ти содеяша насыщшиеся Твоих даров злочестивии и беззаконнии?
Предстоящи у Креста Богорадованная и Сына Своего видящи уязвлена, душею уязвляшеся, воспеваше Того многое воистину смотрение.
Воздвижена Тя яко виде на Древе, Владыко, Неискусобрачная и Пренепорочная, Чистая Дева же и Мати Твоя: увы Мне, взываше, о Сыне Мой Сладчайший! Како Тя беззаконнейший собор на Древе осуди, всех Творца и Владыку, пою Твою крайнюю Благость.
В час Страстей, краснаго добротою зрящи Дево, видения ниже доброты имуща, вопияла еси горько Чистая восклицающи: увы Мне, како страждеши Сыне, от страстей хотяй всех избавити?
В пещи росу явльшаго Христа Бога, Отроковице, никакоже опальша чрево Твое, видящи повешена на Древе, славляше еже паче ума Твое сошествие.
Кроме страстей родих Тя, и како вижу Тя ныне Страсти причащающася? Како терпиши сие, взываше Дева? Сыне Безначальне, славлю Твое долготерпение.
Тя всех наслаждение Мати зрящи, питием напояема горьким, слезами лице омакает горько.
Видимый Мною, видим был еси Ангелом неприступный, Иисусе Сыне Мой, Плоть от Мене заимовавый; и ныне зрящи Тя на Древе пригвождена рыдаю, Христова Мати глаголаше.
Люди беззаконнейшия, без правды пригвождающа Тя на Древе, Дева и Чистая Мати Твоя зрящи, якоже Симеон прорече, утробою, Спасе, уязвляшеся.
Удивляшеся Непорочная, на Древе зрящи Христа воздвижена волею, и плачущи вопияше: Сыне Мой и Боже, болезни в рождестве избегши, ныне болезни стражду, неправедно от беззаконных распинаему Ти.
Иже от кровей Твоих чистых воплощшагося, и паче ума от Тебе, Чистая, родившагося, на Древе висяща посреде злодеев зрящи, утробою боляше, и матерски плачущи вопияше: увы Мне, Чадо Мое! что Божественное и неизреченное смотрение Твое, имже оживил еси создание Твое? Воспеваю Твое благоутробие.
Распятие Твое зрящи Пречистая вопияше: Сыне, что зримое странное видение? иже страсти болящих исцеляяй, како Страсть, Христе, терпиши новейшую? что Ти врази воздаша, Благодетелю, за няже благодать прияша.
Всечистая яко виде Тя на Кресте висима вопияше: что странное еже вижду таинство, Сыне Мой? како на Древе умираеши, плотию повешенный, живота Подателю?
Видящи простерта на Древе Агнца, Нескверная Агница и Дева, посреде двою разбойнику, - увы Мне, вопияше, Сладчайшее Мое Чадо! что странное сие и преславное таинство? Како Тя беззаконный собор на Крест воздвиже, и желчи напои, манны насытившаго человеки?
Дева Нескверная иногда на Древе видящи, Егоже из безсеменна роди чрева, не терпящи утробы уязвления, власы терзающи глаголаше: иже мановением содержай тварь всю, како на Крест воздвиглся еси яко осужден, всяко хотя спасти человечество?
Тебе рождшая, Христе, Приснодева Отроковица, на Кресте зрящи Тя нас ради вознесена, уязвляше Свое печали оружием сердце и душу, и плакаше рыдающи матерски. Тоя молитвами помилуй нас.
Незаходимое Солнце, како зайде на Древе распинаем? Дева вопияше Ти, Слове; и видев солнце оставив течение светити не могий, Тебе страждущу, Владыко. Песнословлю Твое, Сыне, беззлобие.
Светила Твое зрящи, Сыне Мой Распятие, заидоста, и како еврейский сонм не зайде неверный, предав Тя на смерть Начальника жизни? Богородица вопияше, Юже непрестанне величаем.
Видящи висима Христе, чисто рождшая Тя, повесившаго на водах землю Человеколюбче, взываше: увы Мне, что странное видение? Како зайде доброта Твоя, Сладчайший Сыне, Безмерная? Величаю Твою милость, яко страждеши волею за всех
На Кресте зрящи, Благости ради от Тебе, Всенепорочная, паче ума рождшася, уязвлялася еси утробами и глаголала: увы Мне, Божественное Чадо, како о всех болезнуеши? поклоняюся Твоему благоутробию, Господи.
Предстоящи у Креста Неискусобрачная Мати, иже из Нея рождшемуся без семени вопияше: оружие сердце Мое пройде, о Сыне, не терпящи висима на Древе Тя зрети, Егоже трепещут всяческая, яко Создателя и Бога.  Долготерпеливе Господи, слава Тебе.
Всечистая, яко виде Тебе на Кресте повешена, плачущи вопияше матерски: Сыне Мой и Боже Мой, Сладчайшее Мое Чадо, како терпиши Страсть поносную?
Краснаго добротою, родила Тя Красная Отроковица, Егоже зрящи ни доброты в страдании, ниже вида имуща, Спасе, рыдающи глаголаше: дивлюся паче ума Сыне Мой, Твоему смирению, имже спасаеши смирившееся естество человеческое.
На Кресте яко узре пригвождена, Господи, Агница и Мати Твоя дивляшеся, и, что видение сие, взываше, Сыне вожделение? сия Ти собор воздаде Беззаконный, иже многих Твоих чудес насладивыйся; но слава неизглаголанному сошествию Твоему, Владыко.
Яко Агнца повешена на Древе, Всенепорочная видящи Христа, рыдающи с плачем Того величаше.
Мановением Твоим колеблеши видимый мир, Распинаемый, пребываеши же висимый, Богородица плачущи глаголаше, страстная умышления первозданнаго, Христе, потребити хотя, и исцелити того сокрушение благостию.
Вкушение древнее Адамово горькое, вкусивый желчи и оцта, усладил еси Чадо Сладчайшее, вознесся на Древе: темже Мя яко Судия Праведный, врачебною Страстию Твоею услади, Владыко, воскрес яко Всесилен, Дева глаголаше слезящи.
Еммануила Агнца Божия и Слова, видящи плотию висяща на Древе, Агница едина Нескверная и Дева, печалию одержима бяше слезящи.
Агнца, Агница и Всенепорочная Владычица, на Кресте яко видевши зрака не имуща, ни доброты: увы Мне, плачущи глаголаше, где доброта Твоя зайде, Сладчайший? где благолепие? где благодать сияющая образа Твоего, Сыне Мой Любезнейший?
Егда Тя беззаконнии людие Спасе, Жизнь всех, на Древо вознесоша, тогда Чистая и Пренепорочная Мати Твоя предстоящи и рыдающи взываше: Чадо Мое Сладкое, Свете Моима очима, увы Мне, како посреде злодею на Кресте пригвоздитися претерпел еси, иже землю повесивый на водах?
Носящее земных зрак, Сиянее Отчее родила еси, Егоже воздвижена на Кресте солнце не терпящи зрети омрачашеся, и мрак умаляшеся идолонеистовства; темже с Ним Тя величаем.
Из Безначальна Отца рождшася, на последок Тя, Христе, рождшая, на Кресте висима видящи восклицаше: увы Мне, Превозжеленный Иисусе, вопияше: како прославляемый яко Бог от Ангел, от беззаконных ныне человек, Сыне, хотяй распинаешися? Пою Тя, Долготерпеливе.
Незаходимое Солнце, како зайде на Древе распинаем? Дева вопияше Ти, Слове; и видев солнце остави течение светити немогий, Тебе страждущу, Владыко. Песнословлю Твое, Сыне, беззлобие.
Без семене, Егоже родила еси Сына, зрящи Всенепорочная на Кресте пригвождена, восклицаше матерски, и рыдающи глаголаше: что еже на Тебе, Сыне Мой, вижу новое и преславное, и недоведомое чудо?
Зрящи из Тебе Рожденнаго, Всенепорочная, повешена на Древе, восклицаше вопиющи: где доброта Твоя зайде светоносная, добро сотворившаго роду человеческому?
Где Твоего видения благолепие? где красота скрыся доброты Твоея, Сыне? Како иже добротою неизреченная сотворивый Боже, Красный в добротах, за вся человеки, безславен и безчестен на Древе висиши, вида ни доброты не имеяй, Чадо? Предобрая Дева вопияше, стенящи и плачущи.
Нескверная Агница Агнца и Пастыря висяща на Кресте зрящи вопияше: Чадо Мое, что странное убо и ненадежное сие зрение? како Жизнь всех смертию осуждается земным подобне? Но воскресни тридневно из мертвых, Слове, якоже рекл еси, да радующися славлю Тя.
Увы Мне, Свете мира! увы Мне, Свете Мой, Иисусе Мой возжеленный! вопияше Дева, рыдающи горько взываше.
Виждь ученика, егоже любил еси, и Твою Матерь, Чадо, и вещание даждь сладчайшее, взываше плачущи Чистая.
Потщися воскреснути, печаль разрешая, Слове, чисто рождшия Тя.
Адама и Еву свободити, Мати не рыдай, сия стражду.
Пригвоздихся убо яко Человек на Древе и умертвихся, и во Гробе положен бых яко смертный. Но яко Бог во славе, Мати Чистая Дева, паки востаю тридневен.
Днесь неприкосновенный существом прикосновен мне бывает, и страждет Страсти, свобождаяй мя страстей. Свет подаваяй слепым, от беззаконных устен оплевается, и дает плещи за плененная на раны. Сего Чистая Дева и Мати на Кресте зрящи болезненно вещаше: увы Мне, Чадо Мое, что сие сотворил еси? Красный добротою паче всех человек, бездыханный беззрачный являешися, не имея вида ниже доброты. Увы Мне, Мой Свете! Не могу спяща зрети Тя, утробою уязвляюся, и лютое оружие сердце Мое проходит. Воспеваю Твоя Страсти, покланяюся благоутробию Твоему, Долготерпеливе, слава Тебе.
Плач сподвизаше Всечистая Твоя Мати, Тебе Слове умершу.
Нескверная Агница, Агнца и Пастыря висяща мертва на Древе зрящи, рыдающи вещаше матерски восклицающи: како претерплю Твое, еже паче слова, Сыне Мой, снитие и вольныя Страсти, Боже Преблагий.
Страсти терпяща Плотию хотением, зрящи на Кресте Своего Сына Всенепорочная, смутися вся и плачущи взываше Чистая: увы Мне, Чадо Мое, како умерщвлен еси, иже умершая люте оживити хотя?
Да безстрастие всем, иже из Адама исходатайствуеши Владыко, Страсть терпиши на Кресте: и срящи Тя земля трясашеся, рыдающи матерски вопияше, Владычице.
Плачем бияше Себе Владычице, видящи на Древе Крестнем Живота нашего волею умерша; темже вси Божественными гласы Тя присно ублажаем.
Зрящи Тя, Христе, Всенепорочная Мати, мертва на Кресте простерта, вопияше: Сыне Мой, Собезначальне Отцу и Духу, что неизреченное Твое сие смотрение, имже спасл еси пречистых рук Твоих Щедре, создание?
Оружие Божественных Страстей пройде Твою, Благословенная, душу, внегда видела еси распинаема Твоего Сына, и в руце Отчи душу предавша.
Оружие пройде сердце Твое, Дева Всенепорочная, егда распинаема Зиждителя видела еси, и копием в Божественная ребра ископоваема.
Оружие, якоже рече Симеон, сердце Твое пройде, Пресвятая Богородице, егда узрела еси из Тебе возсиявшаго Неизреченнаго Слова, от беззаконных, яко осуждена, на Кресте возносима, оцта и желчи вкушающа, ребра же ископоваема, руками же и ногами пригвождаема, и рыданием кричала еси, вопиющи матерски: что Чадо сие Сладкое, новое таинство?
 
Распинаема на Древе, и ребра копием ископоваема, от ребр древле создавшаго Еву, Пречистая Дева зрящи, вопияше матерски: како умираеши Сыне Мой, Животе Безсмертный?
Твоего Сына и Владыку, древле яко видела еси, на Кресте руки распростерша, и копием ребра ископоваема, Мати Чистая рыдающи взывала еси: увы Мне, страждеши, страсти человеков отъемляй, Человеколюбче?
На Кресте Тя видящи пригвождена гвоздьми, Христе, Мати Твоя, и из ребр Животных текущую Кровь и воду, уязвляшеся матерним милосердием, Сына бо Тя позна Своего.
Стояше слез источники испущающи Пренепорочная при Кресте Твоем, Спасе, яже от ребра Твоего капли Кровей зрящи Христе, и Твою Безприкладную милость славящи.
Егда на Древе Живот умирающь зряше Дева, и ребра Его  копием болезненно прободаема, плачущи взываше: Сыне и Боже Мой, что Ти воздаде собор безблагодатный? увы Мне, болезни не терпя снедаюся утробою, видящи сия страждуща Тя, Владыко.
Собор неправедный Тебе на Крест воздвиж Агнца, вземлющаго мира прегрешения, и копием Твоя ребра прободоша, Долготерпеливе, и руки пригвоздиша Твоя и ноги. О суровства злаго! Оле дерзновения! Пречистая сия взываше умильно слезящи.
Родившая Тя без болезни, болезнем в Твоем Распятии подлежаху. Опаляется утроба Моя, гвоздьми бо пригвоздился еси, копием в ребра Твоя прободаем, Долготерпеливе, Пречистая вопияше Дева. Юже яко Богородицу согласно воспеваем.
Уязвляюся люте, и растерзаюся утробою, Слове, зрящи неправедное Твое заколение, глаголаше Пречистая с плачем.
Распинаема Христа Человеколюбца видящи Пречистая, и ребра ископоваема копием, плачуши вопияше: что сие, Сыне Мой? что Ти безблагодатнии людие воздаша, за яже сотворил еси добрая им, и тщишися Безчадствовати Мя, Вселюбезнейший? Удивляюся, Благоутробне, Твоему вольному распятию.
Дева и Агница видевши на Кресте, без семени из Нея Агнца рождшагося, и копием прободена, печали уязвена стрелами вопияше, Болезненно восклицающи: что новое таинство? како умираеши, иже живота един Господь? Темже воскресни падшаго соводвизая праотца.
Раздрася рукописание Адамово, вопияше Пречистая Владычица, копием Сыне, прободену Ти бывшу: темже воспеваю Твое страдание, всем источившее безстрастие, Владыко.
Дева и Мати Твоя Христе, на Кресте зрящи Тя мертва простерта, плачущи горько глаголаше: Сыне Мой, что страшное сие таинство? иже всем даруяй живот вечный, волею на Кресте како умираеши смертию поносною?
Егда грозд ненасажден сущ, яко Лоза отрастила еси, узревши на Древе повешена, прободена же копием в Божественная ребра: Что сие, глаголаше, Сыне и Боже Мой? како, иже недуги вся и страсти исцеляяй, Страсти терпиши, Безстрастен Сый по естеству Божественному? Что Ти безблагодатнии людие, Благодателю, сия воздаша вместо благодеяний? вопияше Пречистая. Но Того Страстьми, страстей мя свободити моли непрестанне, яко да славлю Тя.
Христа Бога и Сына Твоего, между двою разбойнику На Кресте висима зряше, горько рыдала еси, Мати, и жало вниде в тело Твое. О Владычице Дево, болезнующи убо Сама, спаси днесь вся удрученныя, истязуемая люди Твоя.
Ты от Тебе рождшагося яко видела еси уязвлена копием, уязвилася еси сердцем Пресвятая Всенепорочная, ужасающися глаголала еси: что Тебе воздаде, Чадо, народ пребеззаконный?
Оружие якоже рече Симеон, сердце Твое пройде, егда видела еси Христа распинаема, Дево Владычице, и Единаго прободаема копием. Темже рыдающи болезни претерпела еси.
Агнца на Кресте Агница зрящи, с разбойникома распинаема Тя, Долготерпеливе Слове, и копием в ребра прободаема, восклицаше вопиющи матерски: что сие странное и ужасное, Иисусе Мой, таинство, несказанно совершаемое? како покрываешися Гробом неописанный Боже? да Мя рождшую Тя не оставиши, Сыне Мой Сладчайший.
Печали исполнихся зрящи Тебе, Сыне, без правды страждуща, уязвляюся душею, копием уязвлена Ти в ребра, Богородица вопияше плачущи и рыдающи, едина Владычица, Юже достойно вси ублажаем, и благочестно зовем: препетый отец наших Боже, Благословен еси.
На Кресте Тебе распеншуся от Беззаконных и от воин, Спасе, копием ребром Твоим прободенным, Пречистая рыдаше горько, и многому и страшному терпению Твоему ужасашеся, вопияше: слава к человеком Твоей любви, слава Твоей благости, слава смертию Твоею человеки обезсмертившему.
Гвоздьми пригвожденна Христа, копием прободенна в нетленныя ребра, тростием в главу биема, желчь вкушаема зрящи, Дева вопияше: где Твоя доброта зайде Прекрасное Слово, Препрославление паче сынов человеческих?
Тления Тя кроме родих из чрева, прежде век Егоже Отец роди; и како тлееши? Человецы терзают Тя Сыне, и ребра ископовают копием, и руце с ногами пригвождают безчеловечно, Всечистая вопияше. Юже достойно величаем.
Дева и Мати Избавителя, Кресту предстоящи, болезненно со слезами рыдающи, матерски вопияше: что странное сие и преславное, Сыне? Источаяй всем человекам безстрастие, посреде осужденною на Кресте распялся еси, в ребра прободаемь и желчию напояемь из рук, яже создал еси? Но восстани и даруй прегрешений оставление верою поющим Божественная Твоя Страдания.
Что зримое видение, еже Моими очесы зрится, о Владыко, содержай всю тварь, на Древо вознесен еси, и умерщвлен всем даруяй живот, Богородица плачущи глаголаше, егда зряше на Кресте Всечистая, из Нея неизреченно возсиявшаго Бога и Человека.
 
Неискусобрачная Чистая и Мати Твоя, Христе, видящи Тя мертва висяща на Кресте, матерски плачущи глаголаше: что Тебе воздаде еврейский собор и неблагодарный, иже многих и великих Твоих Даров насладивыйся? Пою Твое Божественное снизхождение.
Зрящи на Кресте, Егоже от кровей чистых воплотила еси, плачущи взывала еси Богородительнице Отроковице: что сия, Чадо, сонм лукавый воздаде Тебе, умертви вый Тя Живота верных всех и воскресение?
Странно видение вижу, взываше Пречистая: како иже зрением всю землю колебаяй, на Древе возвышаем уснул еси, спящия от века хотя возбудити? Покланяюся, Сыне, твоему долготерпению.
О чудесе новаго! О страннаго таинства! взываше Агница, Сына зряши на Древе Крестнем простерта: Что се, Слове Божий Безсмертный? како мертв зришися, и землю колеблеши яко Всесилен? Но воспеваю Твое страшное и Божественное схождение.
Видевши уснувша на Древе Христа, всем Бодрость подающаго Божественную и спасительную, Мати Всенепорочная, восклицанием рыдаше и взываше: что сие новейшее чудо? Оживляяй вся умирает хотя?
Не терплю Чадо, зрети Тя на Древе уснувша, бодрость всем дающаго: яко на Древе от преступления плода, сном всепагубным уснувшим, Божественную и спасительную Бодрость подаси, Дева глаголаше плачущися, Юже величаем.
За Адама - Господь, за Еву - Ты, Пречистая, Гавриил же - за льстиваго змия, Крест же за древо, вертоград Гроба - вместо Едема, радуйся - вместо печали, копие - вместо пламеннаго оружия, и багряница - вместо смоковнаго листвня: Тя убо поем, Отроковице, яко всех виновну.
Приидите, ублажим Иосифа присиопамятнаго, в нощи к Пилату пришедшаго, и Живота всех испросившаго: даждь ми Сего страннаго, иже не имеет где главы подклонити; даждь ми Сего странного, Егоже ученик лукавый на смерть предаде; даждь ми Сего страннаго, Егоже Мати зрящи на Кресте висяща, рыдающи вопияше, и матерски восклицаше: Увы Мне, Чадо Мое! увы Мне, Свете Мой, и утроба Моя возлюбленная! Симеоном бо предреченное в церкви днесь собыстся: Мое сердце оружие пройде, но в радость Воскресения Твоего плачь преложи. Покланяемся Страстем Твоим Христе, покланяемся Страстем Твоим Христе, покланяемся Страстем Твоим Христе, и Святому Воскресению.
Егда от Древа Сына виде снемлема Отроковица Неискусомужняя, проста же положена без дыхания на земли яко человека, в недрех объемши, и облобызающи устне же и очи, Тому взываше дивно: како вся Оживляющаго Безгласна, недвижима ныне зрю Тя? воистинну чудо велие.
Лежаща Тя Пречистая видящи, Слове, матеролепно плакаше.
О Сладчайшая Моя Весно, Сладчайшее Мое Чадо! где Твоя зайде доброта?
Мертва Тя зрю, Человеколюбче, оживившаго мертвыя, уязвляюся люте утробою: хотела бых с Тобою умрети, не терплю бо без дыхания мертва Тя видети.
Ныне приими Мя с Собою, Сыне Мой и Боже, да сниду, Владыко, во ад с Тобою и Аз, не остави Мене едину, уже бо жити не терплю, не видящи Тебе.
Болезни и скорби и воздыхания обретоша Мя, увы Мне, видящи Тя, Чадо Мое возлюбленное, нага и уединена и Благоуханьми помазана мертвеца.
Слезоточныя рыдания на Тебе Чистая матерски, о Иисусе, накрапляющи вопияше: како погребу Тя, Сыне?
Плакате горько Пренепорочная Мати Твоя, Слове, егда во Гробе виде Тебе, Неизреченнаго и Безначальнаго Бога.
 Жрет Тебе жертвы слезныя рождшая Тя, Христе, Плотию положену во Гробе, вопиющи: востани Чадо, якоже предрекл еси.
Безчестен Твой и скуден явися вид плотский, паче человеков во время Страсти: ибо Божества существом, красен добротою Давиду показася; но жезлом Твоего Царствия врагов сотрый крепость, глаголаше Чистая: о Сыне Мой и Боже, от Гроба восстани.
Срыдайте Ми и сплечитися горце: се бо Свет Мой Сладкий и учитель ваш Гробу предается.
Страшную вижу и преславную тайну: како в худом Гробе полагаешися, мертвыя повелением возставляяй во гробех?
Ни от Гроба Твоего возстану, Чадо Мое, ни слезы точащи престану раба Твоя, не могу во терпети разлучения Твоего, Сыне Мой!
Радость Мене николиже отселе прикоснется: Свет Мой и Радость Моя во Гроб зайде; но не оставлю Его единаго, зде же умру и спогребуся Ему.
Душевную Мою язву ныне исцели, Чадо Мое: воскресни и утоли Мою болезнь и печаль: можеши бо, Владыко, елико хощеши, и твориши, аще и погреблся еси волею.
Но воскресни Тридневно из мертвых, Слове, якоже рекл еси, да радующися славлю Тя.
Мертвость Твою, Нетленная, Христе, Мати Твоя, зрящи, горько к Тебе вещаше: не косни, Животе, в мертвых
Когда вижду Тя Спасе, безлетнаго Света, Радость и Сладость сердца Моего? Дева горько вопияше.
О Божий Слове! о Радосте Моя! Како претерплю тридневное Твое погребение? Ныне терзаюся утробою матерски.
Воскресни Живодавче! Рождшая Тя Мати слезы точащи глаголет.
Свете очию Моею, Сладчайшее Мое Чадо! како во Гробе ныне покрываешися?
О горы и холми и человеков множества! Еси плачитися и вся рыдайте со Мною, Бога вашего Материю!
Прежде Рахилина сына плакаше всяк иже в дому, и Сына Девыя рыдаху ученик лик с Материю.
Поносную, Щедре, смерть в Распятии волею претерпел еси, Тебе же рождшая Христе, зрящи уязвляшеся: Ея же мольбами за милосердие милости Твоея, едине Преблагий Человеколюбче Господи, ущедри и спаси мир, вземляй мира грехи
Яко имущи милостивное на смирение наше, и зриши на земныя удобообстоимыя люди, умилосердися Благословенная Богородице, пребуди молящися, да не погибнем люте; моли яко Пречистая  благопримирительнаго Бога, спастися душам нашим, Пресвятая Дево.
Крестом Сына Твоего, Богоблагодатная, идольская прелесть вся упразднися, и демонская крепость попрася, сего ради вернии, по долгу Тя присно поем, и благословим, и Богородицу воистину исповедающе Тя величаем.
Дево Пренепорочная, Мати Христа Бога, оружие пройде Твою пресвятую душу, егда распинаема видела еси волею Сына и Бога Твоего; Егоже, Благословенная, молящи не престай, прощение прегрешений нам даровати.
Древу, на немже, Всечистая, пречистии длани о нас простре, пригвоздивыйся Сын Твой, ныне благочестно покланяющимся, даждь нам мир, и мироспасительныя всечестныя Страсти предварити, и светлой мирорадостной Господоименитой Пасце поклонитися, и светоносному Дню.
Владычице Всесвятая Дево, рождшая Господа, за милосердие на Кресте пригвоздившагося, и жизни струи источившаго миру, Того умоли спастися душам нашим. Тебе ко едину имамы вернии прибежище, стену и заступление; темже притекаем к покрову Твоему.
Честным Крестом Сына Твоего сохраняеми, Владычице Чистая Богородице, всяк прилог борителя вси удобне побеждаем; сего ради по долгу Тя ублажаем, яко Матерь Божию, едину упование душам нашим.
Упование и стена и пристанище людем Твоим Дево, из Неяже родися безстрастно Спас всяческих, и спасе уповающия на Тя, якоже плачася Твоего Сына при Кресте, Того и ныне моли избавити от тли вся поющия Тя.
Иже Твое заступление стяжавши Пречистая, и Твоими молитвами от бед избавляемся, Крестом бо Сына Твоего всегда храними везде, по долгу Тя благочестно величаем.
Препрославленна еси Богородице Дево, поем Тя: Крестом бо Сына Твоего низложися ад, и смерть умертвися, умерщвленнии Востахом и живота сподобихомся, рай восприяхом, древнее наслаждение. Тем благодаряще славословим, яко державнаго Христа Бога нашего, и единаго Многомилостиваго

 

 

 


счетчик посещений счетчик посещений